Первым делом — паруса

Яхтсмены и моряки парусных судов ревниво относятся к чистоте палубы своих лодок. Всякий, кому доводилось проводить отпуск под парусом, знает, что на борт пассажиры и члены команды поднимаются или босиком, или в специальной обуви, подошва которой не оставляет следа на тщательно выскобленных и вымытых досках.

В разное время это была разная обувь. На Средиземноморье еще в Средние века большое распространение получили эспадрильи — парусиновые тапочки на подошве из свернутой и прошитой веревки. Они не только не повреждали палубу, но напротив — мягко шлифовали доски. Веревочная подошва со временем истиралась и становилась ворсистой, поэтому эспадрильи не скользили по палубе и ступенькам трапов. Конечно, такая обувь была недолговечна и не очень удобна, но своим задачам отвечала.

Позже по палубам начали ходить в обуви на каучуковой подошве: это было недешевым удовольствием, но обеспечивало хорошее сцепление.

Массовое увлечение яхтингом пришлось примерно на то же время, когда собственно появился любительский спорт: во второй половине XIX века. Из развлечения либо очень богатых людей (верховая езда, фехтование, охота на лис), либо низов общества (рукопашные драки, поднятие тяжестей) спортивная активность стала средством поддержания хорошей физической формы и укрепления здоровья.

Малотоннажные яхты и парусные лодки стали доступны не только богачам, но и людям среднего достатка, которые жили недалеко от морского побережья, а также крупных рек и озер. Они охотно проводили свободное от службы или бизнеса время под парусом. Спортивный яхтинг превратился в индустрию — кроме лодок в продаже появились разный необходимый инвентарь и специальная одежда и обувь.

Так, например, в середине 1930-х годов предприниматель и изобретатель Пол Сперри в своей компании Sperry выпустил туфли для яхтсменов на светлой подошве, похожие на мокасины. Они получили название “топсайдеры” от выражения из моряцкого сленга top side (“верхняя палуба”). Топсайдеры шились из кожи или текстиля и были довольно удобны — разве что промокали, если палубу заливало волной.

Крокодиловы слезы


Альтернативу топсайдерам пытались придумать не раз. Например, легкие сандалии, дианеты (обувь, которую в России называют вьетнамками) или пантолеты (классические шлепанцы без задника). Такая обувь на ремешках не обеспечивала нужной поддержки стопы, что было очень важно в тех случаях, когда яхта давала резкий крен. Поэтому ниша яхтенной обуви оставалась до конца не заполненной. Как нередко бывает в подобных ситуациях, заполнять ее предстояло людям, хорошо знающим, что именно им нужно.

Новинка должна была отвечать нескольким требованиям. Прежде всего, не скользить на мокрой или наклонной палубе, ни в коем случае не оставлять следов на белоснежной обшивке яхты и тиковых досках ее палубы, обеспечивать поддержку стопы, легко сниматься и надеваться при выходе на берег. И главное — не намокать, даже если волна зальет обувь полностью.
Трое друзей придумали довольно неожиданный, но, как выяснилось, очень удачный силуэт для новой яхтенной обуви. Она соответствовала уже не тому несколько устаревшему образу классического яхтенного шкипера в элегантной белой фуражке, блейзере с блестящими пуговицами и белоснежных брюках. К такому набору лучше подходили строгие топсайдеры. Обувь же от парней из Колорадо предназначалась совсем другим яхтсменам — загорелым и мускулистым ребятам в серферских шортах, выгоревших на солнце футболках и бейсболках.
Учитывая такой имидж потенциальных клиентов, Бодекер, Симонс и Хэнсон не стали зацикливаться на изяществе очертаний обуви. Она напоминала нечто среднее между сандалиями и галошами, а также французские и нидерландские клоги — традиционную массивную деревянную обувь без задника. С сандалиями “кроксы” роднили многочисленные округлые отверстия в верхней части и сбоку над подошвой: чтобы залившаяся в “галоши” вода быстро выливалась, а воздух свободно циркулировал.