Певица объяснила, что не выносила свои проблемы на всеобщее обозрение, точно так же, как когда-то делала ее мать. В 2008 году суд наделил отца Бритни Спирс полномочиями ее опекуна после череды публичных скандальных инцидентов, связанных с психическим здоровьем певицы.

"Это была одна из лучших привычек моей матери…. Вне зависимости от того, насколько дерьмовым был тот или иной день, когда я была маленькой, она всегда притворялась, что все в порядке, - написала Бритни. - Я пишу об этом, потому что не хочу, чтобы люди считали мою жизнь идеальной. СОВЕРШЕННО ТОЧНО - ОНА НЕ ТАКАЯ".

"Простите меня, что последние два года я притворялась, будто у меня все в порядке. Я это делала из гордости, а еще потому, что мне было стыдно рассказать о том, что со мной случилось. Но вообще, конечно, всем ведь хочется, чтобы лента в "Инстаграме" была веселой", - продолжает Бритни Спирс.

Во время слушаний Спирс обвинила ее отца, уже 13 лет контролирующего ее финансы и концертную деятельность, в том, что тот оказывал на нее давление и принуждал проходить медицинские процедуры, а также принимать психотропные препараты.

Бритни утверждает, что ей не позволяют заключить брак с ее приятелем Сэмом Асгари

Она заявила, что ей в числе прочего запрещают снять внутриматочную спираль, поэтому она не может забеременеть и выйти замуж за своего приятеля. "Я травмирована. Я несчастна и не могу спать. Я в депрессии и зла до безумия. Я плачу каждый день", - заявила 39-летняя певица во время выступления в суде, которое продолжалось 23 минуты.

В ответ ее отец Джейми Спирс заявил, что всегда руководствовался самыми лучшими интересами своей дочери.

Анализ: что будет дальше?

Можно ли ожидать, что после эмоционального выступления Бритни суд примет решение об окончании опекунства?
Бритни Спирс утверждает, что ее заставляли выступать против ее собственной воли

Би-би-си попросила ответить на этот вопрос двух юристов с опытом в подобного рода делах. Ситуацию с Бритни Спирс комментируют представитель компании Binning Ripps Александр Риппс и Кристофер Мелкер из Walzer Melcher.

Поможет ли выступление Бритни убедить суд в ее правоте?

Кристофер Мелкер: С юридической точки зрения я совсем не уверен, что ее заявления так уж ей помогли. Это позволило всем нам, обычным людям, узнать, чего именно она хочет. И теперь закончились споры о том, было ли это опекунство добровольным. Это она заявила совершенно определенно.

Но если бы я готовил ее к этому заседанию, то посоветовал бы вести себя как можно спокойнее, признать, что у нее были проблемы 13 лет назад, что защитные меры в тот момент были оправданными, и показать понимание этих проблем. И перечислить шаги, которые она предприняла, чтобы снова не оказаться в подобной ситуации. Это поможет убедить суд, что она не нуждается в помощи.

Если она бы она все это выразила спокойно, суду было бы трудно найти основания для сохранения опекунства. Но мы увидели намного более взрывное, эмоциональное и резкое выступление Бритни. Я понимаю, почему она себя так может чувствовать. Но не уверен, что она таким образом себе помогла.

Александр Риппс: Судя по тому, что я понял, прочтя ее выступление, слова служили ее цели. В конечном счете она вполне определенно заявила, что требует отменить опекунство. Она признала, что у нее все еще есть проблемы, с которыми нужно работать, но при этом прямо сказала суду, что возражает против опекунства. Для опекунства должны быть очень веские основания. Поэтому, если Бритни может продемонстрировать, что ее психическое состояние улучшилось по сравнению с моментом, когда опекунство было установлено, суд должен снова оценить его необходимость.

Каковы следующие шаги с юридической точки зрения?

Кристофер Мелкер: Заседание в среду было полностью посвящено выступлению Бритни. Она заявила, что требует прекратить опекунство, но не попросила об этом официально. Следующим шагом должно быть заявление с просьбой отменить решение - и после этого суд проведет слушания.

Александр Риппс: В своем заявлении Бритни должна будет перечислить факты, доказывающие, что в опекунстве больше нет нужды, или что оснований для его введения больше не существует. Как только такое заявление будет подано, суд назначит дату слушаний. За некоторое время до их начала судебный следователь должен будет поговорить с Бритни и представить свой доклад суду. Разумеется, заинтересованные стороны смогут представить свои возражения.

Кристофер Мелкер: Бритни об этом говорила. Она сказала, что возражает против того, чтобы ее оценивали. Суд может издать распоряжение о проведении такой экспертизы, но не в его силах физически заставить Бритни принимать в ней участие и отвечать на вопросы. Если состояние Бритни не будет оценено, суд может расценить нежелание проводить экспертизу как основание для отказа в удовлетворении просьбы об окончании опекунства. Так что пока непонятно, каким будет результат.

Бритни заявила в суде, что изучала предыдущие дела, связанные с опекунством, и в некоторых случаях оценка психического состояния не требовалась. Правда ли это?

Кристофер Мелкер: Суд не обязан проводить такую экспертизу. По моему мнению, помещение взрослого человека под опекунство - это крайняя мера. Это означает, что у человека отбирается свобода распоряжаться собственной жизнью, которая обычно есть у любого взрослого. Этого делать нельзя, если только у человека нет крайне серьезного заболевания - отставания в развитии, неспособности за собой ухаживать или противостоять незаконному давлению.

Мне кажется, судья довольно быстро должен сделать вывод по этому поводу, просто поговорив с человеком. Если человек может в течение 30 минут поддерживать разговор с судом, это уже о многом говорит. Так что не очень понятно, что именно может выявить экспертиза.

Адвокат Бритни потребовал, чтобы все последующие судебные слушания были закрытыми. Означает ли это, что мы больше не услышим публичного обсуждения дела певицы?

Кристофер Мелкер: Я был удивлен, что слушания в среду не проходили в закрытом режиме. Я надеялся, что в интересах Бритни суд закроет заседание, потому что дело об этом опекунстве носит очень личный характер. В нем есть медицинские аспекты, вопросы психического здоровья и конфликт с ее отцом. Мне кажется, если вся эта информация будет широко обсуждаться на публике и ее будут постоянно повторять и обсасывать, это плохо для здоровья Бритни.

Но, вероятно, большинство людей, в отношении которых введено опекунство, будут утверждать, что в их отношении поступили нечестно?

Кристофер Мелкер: Именно так! Опекунство по своей природе - это когда один взрослый человек контролирует другого. И любой, кто понимает, что с ним происходит, наверное будет против этого возражать.

Вопрос в том, насколько это необходимо. Если говорить о Бритни, я не знаю, какие доказательства она представит в своем заявлении с просьбой об отмене опекунства. Может ли она привести знакомых, которые видели, как она живет, и могут засвидетельствовать, что она не ведет себя хаотично? Или же она была в такой изоляции, что подобных выгодных свидетелей у нее просто нет?

И заявят ли опекуны о своих собственных наблюдениях за ее поведением, которые смогут оправдать решение суда о продолжении опекунства? Есть ли какие-либо записи Бритни, может быть, в частной обстановке, которые покажут, как она себя ведет? Все это нам пока неизвестно.

Какие аргументы могут представить опекуны, чтобы сохранить нынешнее положение вещей?

Александр Риппс: Нужно иметь в виду, что у опекунства есть два элемента: опека над человеком и опека над имуществом. Опека над имуществом может быть установлена над человеком, который в значительной степени не способен управлять своими финансовыми ресурсами или в значительной степени не может противостоять мошенничеству или незаконному давлению. В этом аспекте, мне кажется, есть несовпадение с общественным мнением. Не думаю, что публика знакома со всей информацией о том, что происходило в жизни Бритни и могло сделать ее подверженной незаконному давлению.