Можно ли спасти брак, если муж попал в секту или стал наркоманом: личный опыт

 (17)
Можно ли спасти брак, если муж попал в секту или стал наркоманом: личный опыт
Photo by Yash Lucid from Pexels

Многие до сих пор считают, что алкоголиками, сектантами и наркоманами становятся люди из неблагополучных семей. Опыт этих женщин доказывает обратное — их успешные и образованные мужья попали в зависимость, пишет Lady.mail.ru. Как помочь любимому человеку, и есть ли смысл бороться за отношения до конца?

Наталья, 44 года

На момент нашего знакомства мой муж был успешным человеком. С тремя друзьями они организовали фирму и работали в сфере IT-технологий. Бизнес вели рационально: не шиковали, прибыль вкладывали в покупку недвижимости и земель.

На свадьбу мы получили квартиру, на участке планировали строить коттедж. Жить в собственном доме всегда было моей мечтой! Никаких предпосылок беды не было. Муж всегда много читал, имел широкий круг интересов, включая религию, философию, эзотерику. У нас р

Вербовка друзей была активной — книги Хаббарда, приглашения на встречи, обсуждение и осуждение тех, кто не в общине. Люди потеряли все — себя, семью, собственность ушла в пользу “церкви”.

Читайте также:

Спастись удалось лишь одному. На его примере я поняла, что единственный работающий способ — физически оградить сектанта от воздействия: увезти в другой регион, сменить все номера, отключить интернет и уже тогда “промывать” мозги. К сожалению, у меня такой возможности не было. А другие методы не помогли.

Мужа убеждали, что близких надо “вразумить” — привести к ним меня, мою дочь от первого брака, малолетнего сына, которому обещали помочь (он особый ребенок).

Это был очень тяжелый период: и физически, и морально. Я пережила микроинсульт, еле восстановила подвижность руки и ноги, шов после кесарева (сын родился очень крупным, в первые дни оказался в реанимации) заживал 4 месяца. Муж пожертвовал “церкви” всю недвижимость. Дела в компании шли под откос, и я бралась за любую работу.

Я боролась за свой брак несколько лет. А когда поняла, что все тщетно, забрала самое дорогое — детей, и ушла. Разводились мы уже дистанционно. Точное место жительства бывшего неизвестно. Он осел в каком-то закрытом лагере сектантов, в IT-специалистах они очень заинтересованы. Связи с нами и со своими родителями он не поддерживает.

Для себя я вынесла урок: держаться за брак с сектантом не стоит. Эти люди слабые. Они уходят, словно в омут с головой, и убеждены, что только в “церкви” будут счастливы. На тех, кто вне общины, им плевать. Второй раз на такие грабли я не наступлю. Очень внимательно присматриваюсь к мужчинам, осторожничаю. И если среди его интересов есть что-то типа хиромантии, — мне проще пройти мимо. Такой жизненный опыт заставляет опасаться мужчин.

Екатерина, 32 года

В подростковом возрасте мой бывший муж стал наркоманом. После передозировки с тяжелыми наркотиками смог “соскочить”. Но, как и большинство тех, кто слез с иглы, стал глушить ломку алкоголем. Сменил один кайф на другой.

Когда мы познакомились, он не был похож на зависимого: 24 года, очень мудрый, добрый, безобидный, но слабовольный и флегматичный. Пристрастие к алкоголю он долго отрицал. В состоянии опьянения не наносил вреда окружающим (что редкость), но его запои выматывали меня эмоционально, и спустя год я собралась уйти.

Перспектива потерять семью стимулировала мужа “зашиться”, но радость моя была напрасной. 2,5 года без алкоголя он искал себя, так как не знал, каково это — жить трезвым. Оказалось, это тяжело, на смену состоянию, когда море по колено, пришло непонимание своего места в мире, депрессия, душевная пустота, проблемы со здоровьем. Муж посадил себе поджелудочную железу и похудел с 94 кг до 74 кг, при росте 185. Печальное зрелище.

Я не согласна с врачами, что алкоголизм — это болезнь. Эта привычка — как красивое, но гнилое внутри наливное яблочко. Сладкий дурман придуман людьми как средство ухода от реальности. И я понимаю, что только желание жить и найти себя в этой жизни сможет помочь выбраться человеку из этой ямы.

Многие женщины вживаются в роль мамочки, пытаясь вытянуть, оберечь, направить на путь истинный, забывая, что перед ними не ребенок, а взрослый мужчина. И они не готовы расстаться со своим созависимым положением! Пока вы мозолите алкоголику глаза, вас будут использовать: жестко, потребительски маскируя это под болезнь, проблемы и прочие сказки, которые так сладко рассказывают алкаши.

Мое мнение: протянуть руку помощи можно и нужно, но если эту руку “кусают”, как бы вы ни любили, — нужно разворачиваться и уходить. Я так и поступила.

Дарья, 22 года

Несколько лет до нашей встречи муж был наркозависимым, и я об этом знала. На момент нашего знакомства он находился в ремиссии, не употреблял наркотики, алкоголь, не курил. Мы начали общаться, какое-то время просто дружили, а через несколько лет поженились. Мы были счастливы. Редкие конфликты возникали только из-за моих просьб проводить больше времени с семьей (а работал муж очень много).

Примерно через год в один из таких моментов я заметила у мужа “стеклянный” взгляд. Он стал вести себя непривычным образом, начал обманывать, не хотел есть, пил много воды. Не обратив внимания на внутреннее беспокойство, я списала это состояние на усталость или болезнь.

Примерно через три месяца ситуация повторилась. Я осознала, что зависимость вернулась. Утром мы спокойно поговорили. Но на прямой вопрос, употреблял ли муж наркотики, он ответил отрицательно. Я была как в тумане, искала причины случившегося в себе. Через какое-то время муж признался, попросил прощения, я видела, как ему было стыдно.

Я не могла нормально работать, никуда не ходила с друзьями и коллегами. Центром жизни стал муж. Все мысли были направлены на контроль его жизни: я проверяла телефон, когда он уходил на работу, звонила, чтобы услышать, что его голос “нормальный” и писала каждые 30—40 минут, интересовалась, где он.

Видя, что сам он не в силах справиться с наркозависимостью, я обратилась к специалисту. После пообщалась с мужем, и он поехал в рекомендованный реабилитационный центр. Я посещала курс для созависимых, это неотъемлемая часть программы выздоровления наркомана, которая учит близких выстраивать здоровые отношения.

Я получила урок, как не хочу прожить свою жизнь. Муж прошел реабилитацию и остается трезвым. Мы семья, и уважаем друг друга. Есть чудесная работа, друзья и хобби.

Мой вывод: если человек готов пройти лечение и принять решение оставаться трезвым, зависимость можно победить. Но для этого предстоит большая работа над собой — как самого зависимого, так и его близких.

Комментарий специалиста

Ольга Павленко, клинический психолог, специалист по работе с зависимостями:

“Увы, в отношения с зависимым мужчиной может попасть любая женщина. На старте невозможно “просканировать”, что будет с человеком через несколько лет.

Важно понимать: зависимость — это не проявление слабости, и разобраться с этой проблемой неспециалисту не под силу. Необходимо учитывать, как устроена психика обычных и зависимых людей, выработать меры. Проблема близких заключается в том, что они эту специфику не знают.

Освобождение от зависимости возможно: примерно треть пациентов успешно излечивается. Еще треть добивается устойчивой ремиссии, но этим людям требуется постоянный контроль, чтобы они не вернулись к зависимости. Еще треть не хочет проходить терапию и слабо поддается ей.

На зависимость близкого мужчины реагируют по-разному: одни уходят, другие бегут к гадалкам. А нужно как можно скорее обратиться к компетентным специалистам”.