Директор “Золотой Маски в Эстонии” Светлана Янчек: “В постановке по “Анне Карениной” рухнет театр”


Директор фестиваля "Золотая Маска в Эстонии" Светлана Янчек
Директор фестиваля "Золотая Маска в Эстонии" Светлана ЯнчекFoto: Kristjan Järv

В продаже появились билеты фестиваля "Золотая Маска в Эстонии", в рамках которого к нам приедут самые значимые российские спектакли последних сезонов. В интервью JANA директор Светлана Янчек рассказала, как популярный театральный фестиваль отметит свое 15-летие, сколько стоит пригласить Евгения Миронова и почему Русскому театру следует бороться за своего зрителя.

"ТЕАТР – ЭТО МОНАСТЫРЬ. ПРЕКРАСНЫЙ, НО ЗАМКНУТЫЙ"

15 лет назад российский фестиваль перекочевал в Таллинн. Как это случилось?
Работа над этим проектом началась даже не 15 лет назад, а намного раньше. Я тогда работала в Русском театре, и, чтобы ориентироваться в актуальном театральном процессе, мы с коллегами начали ездить на "Золотую Маску" в Москву, где была специальная программа Russian Case. Там можно было "поживиться" знакомствами с режиссерами, драматургами, да и новыми текстами тоже. Но я тогда не представляла, что это за работа – организовать фестиваль. К тому времени я получила второе образование – арт-менеджмент, но, когда вдруг все срослось и нам дали добро на "Золотую Маску", оказалось, что это непознанная планета.

Читайте также:

Сейчас довольны?
К началу работы над фестивалем я покинула Русский театр и почувствовала облегчение. Люди, которые живут в театре, вообще не представляют жизни за его пределами. Театр – это монастырь. Прекрасный, очень живой, но все-таки замкнутый мир. А когда я вышла из него, то столкнулась с ощущением новизны.

Как и кем отбираются спектакли для участия в фестивале?
Начиная с 2005 года, каждую весну мы формируем группу эстонских журналистов и везем в Москву, где они смотрят спектакли. Хотя в течение года я сама смотрю очень много спектаклей на видео и вживую. Например, 23 марта (мы беседуем со Светланой 15 марта, – JANA) буду смотреть сдачу Константином Богомоловым спектакля "Преступление и наказание" в Петербурге. В целом, всегда представляешь, какие режиссеры и театры входят в круг интересов "Золотой Маски". Но бывают и потрясающие открытия.

Люди, которые живут в театре, вообще не представляют жизни за его пределами.

Например?
"Гроза" в постановке Льва Эренбурга. Этот спектакль до сих пор остается одним из самых мощных впечатлений в моей жизни. Мы его сразу привезли сюда. Он был очень спорный.

Погодите, мы все читали "Грозу" Островского в школе. Кабаниха – плохая, Катерина – хорошая. Что там можно увидеть нового?
Все относятся к Кабанихе как к представителю Темного царства. А к Катерине, как к лучу света. Так нам критик Добролюбов в XIX веке рассказал. А тут Кабаниха – любящая мать и мудрая женщина. На ней держится семья и дело, которое некому передать. Она пытается спасти Катерину, говорит: проснись, так жить нельзя, ты моя надежда. Плюс сценическое решение было потрясающим: огромный бассейн на сцене – это Волга, которая играет не последнюю роль в пьесе. Над бассейном во всю сцену зеркало, чтобы зритель видел, что происходит в воде. И Катерина туда же бросилась, и любовная сцена тоже была в воде.

Бассейн тоже пришлось с собой везти в Таллинн?
Конечно, мы всегда привозим спектакль в полных декорациях, зачастую это две большие фуры. С бассейном в спектакле "Гроза" было много проблем. Мы подписали контракт с Эстонской драмой, но оказалось, что в театре все жизненно важные коммуникации находятся под сценой. Меня вызвали на разговор, прихожу, а там у всех уши горят. Не дай бог, вода попадет, театр выйдет из строя на неопределенное время. А мы билеты уже продаем!

Пришлось переезжать?
Да, переехали в Русский театр. Там и воду удобнее было брать из пожарных люков. Но бассейн очень много ездил вместе со спектаклем. Когда мы начали наливать воду, образовалась течь. Тогда наш сварщик Дима Мячин в резиновых сапогах прямо в воде варил угол этого бассейна. Очень рискованная работа. Мы наполнили бассейн водой, но ее же надо было еще подогревать! Честь и хвала артистам, которые провели спектакль в этой не очень теплой воде.

Директор фестиваля "Золотая Маска в Эстонии" Светлана Янчек Foto: Kristjan Järv

"СХОДИТЬ НА МИРОНОВА В ЭСТОНИИ ДЕШЕВЛЕ, ЧЕМ В МОСКВЕ"

Что увидят зрители в этом году?
В этом году нам 15 лет, и очень хотелось сделать праздничное открытие фестиваля, которое было бы интересно самой широкой публике. Обычно в чистом виде развлекательный жанр мы не показываем, а сейчас у нас будет мюзикл "Канкан" с массой красивых вокальных и танцевальных номеров. С легким сюжетом, конфликт которого решается без особых усилий со стороны героев. В юбилейной программе будет пять постановок, большую часть из них сыграют дважды. Знаю, что зрители ждут новый спектакль Дмитрия Крымова, его любят в Эстонии. Это "Сережа" по роману "Анна Каренина", поставленный в МХТ. В роли Анны – Мария Смольникова, Каренина играет Анатолий Белый. Крымов создал свой театр как явление. В нем режиссерские решения зачастую реализуются с помощью средств выразительности художника-сценографа. Не хочется раскрывать сюжет, но в спектакле театр будет рушиться в самом прямом смысле слова.

В прошлом году спектакли были показаны еще в Вильянди. Какова география "Золотой Маски – 2019"?
Нарва, Таллинн, Кохтла-Ярве. В Силламяэ мы обычно показывали детские спектакли, а в этом году проводим концерт, посвященный памяти Георга Отса. Его репертуар исполнят солисты Санкт-Петербургского театра музыкальной комедии.

Очень важно, чтобы билеты на фестиваль не были недосягае­мыми.

Исключительно русскоязычным фестиваль вновь не будет?
Это наша принципиальная позиция, мы делаем синхронный перевод на эстонский язык через наушник. В музыкальном театре – субтитры.

В Эстонию в рамках "Золотой Маски" приезжали Евгений Миронов, Чулпан Хаматова. Как удается заполучить таких звезд?
С трудом. Они очень востребованы, им не выгодно ездить к нам. Для фестиваля театры выставляют гонорар даже ниже, чем сбор от спектакля в Москве. Например, спектакль "Рассказы Шукшина" в московском "Театре Наций", где играют Миронов и Хаматова, – один из самых популярных. Посмотрите, какие там цены (от 90 до 150 евро, – JANA). У нас самый дорогой билет стоил 55 евро. Мы стараемся найти спонсорскую помощь, у нас есть государственная поддержка, иногда мы также вкладываем свои средства, заработанные на других проектах. Очень важно, чтобы билеты на фестиваль не были недосягаемыми.

Кого из звезд нам ожидать в этом году?
В спектакле "Слава" играет Нина Усатова. Про Анатолия Белого я уже сказала. В спектакле театра Моссовета "Не все коту масленица" играет Евгений Стеблов.

Директор фестиваля "Золотая Маска в Эстонии" Светлана Янчек Foto: Kristjan Järv


"В РУССКОМ ТЕАТРЕ ЭСТОНИИ ОЧЕНЬ ПОЖИЛОЙ ЗРИТЕЛЬ"

Каково место Русского театра Эстонии на карте Европы? Он развивается, как российские или как европейские театры?
Мое мнение: у Русского театра есть большая тема, требующая внимания и работы, – это зритель. Если в России все время идет обновление зрительской аудитории, то в Русском театре Эстонии зритель очень пожилой. Например, мне очень понравился спектакль, который ставил здесь итальянский режиссер, в стиле комедии масок. Но в зале не было аудитории для этого спектакля, ее просто не привели в театр. В Русский театр по большей части ходят либо те, кто покупает недорогие билеты, это преимущественно пожилые люди, либо школьники, которых приводят педагоги. У них нет еще театрального багажа, с ними нужно вести работу и предлагать такой репертуар, который их волнует.

Но театр меняется, появляются новые спектакли…
Да, есть интересные режиссеры и постановки, но в целом в репертуаре нет генеральной линии что ли. Считается, мол, мы сделаем хорошо спектакль, и зрителю будет интересно. Это работает не всегда. Успех состоит в том числе из угаданного зрительского запроса. Когда я была директором, мы взяли к постановке французскую комедию "Алло, Евросоюз". Мы не искали выдающегося режиссерского решения, важно было, чтобы режиссер поставил смешную пьесу с актуальной темой, а не себя проявлял. Актеры чуть ли не забастовки устраивали: тут играем, тут не играем, тут безвкусно – просто руки выкручивали. Но мы сделали на этой постановке посещаемость. В театре не раз висела табличка "Все билеты проданы". А далее уже предлагали другой репертуар.

Кино уходит в спецэффекты. А как развивается театр в последние лет 20?
В России появились очень самобытные и очень разные режиссеры. Кирилл Серебренников, Константин Богомолов, Тимофей Кулябин, поставивший "Три сестры" на языке глухонемых (этот спектакль мы показали на прошлом фестивале) и много других. Самое интересное, что они живут и работают не только в Москве и Петербурге, но и в провинции. Абсолютный шлягер фестиваля этого года в Москве – "Мертвые души" из Лесосибирска.

Вы тесно сотрудничаете с российскими театрами. Не возникало ли у вас желания вернуться в Россию?
Когда я вышла замуж и приехала сюда, еще в советское время, то после Москвы было непросто адаптироваться. Я даже порывалась вернуться. Но потом грянули 90-е, очень сложные времена и в России, и здесь. И постепенно жизнь моя наладилась, я привыкла, любимая работа, семья, дети. Так что о переезде вопрос не стоит.

-------

Благодарим: национальную оперу "Эстония"

Приобрести билеты на фестиваль можно ЗДЕСЬ.